Возможности людей с ограниченными возможностями безграничны

Сколько у нас в стране людей с ограниченными возможностями (так сейчас принято корректно называть инвалидов), точно сказать сложно. Свои цифры есть у Пенсионного фонда, у бюро медико-социальной экспертизы, у соцзащиты… Но порядок назвать можно — около десяти процентов населения имеют ту или иную степень инвалидности. В сознании остальных девяноста процентов эта «десятка» обросла множеством мифов. Одни считают, что люди с инвалидностью все без исключения глубоко несчастны, живут в нищете и что общаться с ними лучше бы поменьше, а то можно подцепить «вирус горя». Другие говорят, что если человек имеет проблемы со здоровьем или умственные нарушения, то его наказывает Бог за какие-то прегрешения (а если человек уже родился с проблемами, то говорят, это наказание за грехи родителей или еще каких-то родственников). Третьи уверены, что если есть нарушения в какой-либо одной области, то в другой обязательно будут суперспособности: аутист будет гениально играть на пианино, незрячий — танцевать, а колясочник — решать уравнения из высшей математики. На самом деле истина, как обычно, лежит посередине. Среди людей с ограниченными возможностями есть люди счастливые и несчастные, талантливые и не очень, оптимисты и пессимисты, со сложившейся личной жизнью и одинокие… Сегодня мы расскажем вам несколько историй о нижегородцах с ограниченными возможностями. Истории эти, как и сами люди, очень разные.

 Особое значение имеют звуки и запахи. Марине Рощиной 46 лет, она незрячая с рождения. 

 — Ну не вижу — и не вижу. И что теперь? — говорит она и смеется. Она вообще очень много улыбается, шутит. От нее идет такая волна энергии, что, кажется, ее можно ощутить кончиками пальцев. У Марины Анатольевны высшее образование (окончила факультет вычислительной математики и кибернетики ННГУ имени Н. И. Лобачевского), три работы (в университете, школе для слепых детей и обще­ственной организации «Камерата»), муж (кста­ти, зрячий), дочка-школьница, много друзей. Мешает ли этому отсутствие зрения? Марина не знает.

 — Наверное, если бы я потеряла зрение в каком-то сознательном возрасте, то можно было бы увидеть разницу. А так — все так, как есть, — говорит она.

 Как и многие другие незрячие дети, Марина училась в специальной школе. Там прививают навыки самообслуживания, а также учат писать и читать по методике Брайля. Со стороны это выглядит так: чуть более плотный, чем обычная бумага, лист вставляют в железную рамочку (она называется «прибор»), и миниатюрным «шилом» (называется «стило») в квадратиках делают точки. Каждая буква — определенное количество точек. Во время нашей беседы перед Мариной Анатольевной лежит блокно­тик, до которого она периодически дотрагива­ется кончиками пальцев, сверяясь с какими-то своими заметками.

 —  Приготовить поесть, погладить, пости­рать — это вообще без проблем, — говорит она. — Часто спрашивают: «А как незрячие могут газ зажигать?» Да так же, как и все осталь­ные, — спичками! Незрячих женщин, которые ведут все домашнее хозяйство, я знаю гораздо больше, чем тех, кто свободно передвигается по городу.

 Сама Марина Рощина по Нижнему ездит, причем, как большинство нижегородцев, на общественном транспорте. К примеру, каждый день добирается до работы в корпусе ННГУ на Покровке из Щербинок.

 —  Раньше было очень удобно ходить по Покровке, так как можно было тростью дотра­гиваться до бордюра. Теперь бордюра нет, а использовать в качестве ориентира решетку ливневой канализации нельзя — на ней стоят какие-то столбики (на них рекламные щиты. — Прим. авт.). Как незрячие ездят на автобусе? Как правило, на остановке есть люди, которых можно спросить, какой номер маршрута. Когда никого нет, то подходишь к двери, вытягиваешь шею, пытаешься докричаться до водителя, — смеется Марина. — Дорогу переходить тоже просто: когда транспорт встал и все пошли, то это слышно. Если трудно, то можно кого-нибудь попросить помочь. Что делать сложно? Подоб­рать одежду. В основном приходится ориенти­роваться на вкус мужа, поэтому я одеваюсь довольно консервативно. Думаю, что сама бы я выбрала что-то более экстремальное, но тут непонятно, кому доверить эксперимент — не дочке же. Она меня нарядит!.. Приходится дове­рять чужому вкусу при стрижке. По той же при­чине я почти не крашусь, только иногда — губы.

 Больше всего нашего корреспондента Марина Анатольевна поразила своим мастер­ством работы на компьютере. Текстовый редак­тор, электронная почта, Интернет — все с очень приличной скоростью. Помогает в этом синтезатор речи — программа, которая очень быстро проговаривает все, что набрано на экране. Вместо мышки используются «горячие клавиши» — комбинации кнопок, которые при одновременном нажатии позволяют совер­шить какую-либо операцию. Получается даже быстрее, чем мышью. Читать информацию с традиционных бумажных носителей помогает сканер: страница сканируется, а затем «прого­варивается» машиной.

 Распространенный сюжет в фильмах — незрячий человек просит зрячего разрешить ему дотронуться до его лица. По словам Рощи­ной, такие сцены — плод фантазии сценари­стов. Для незрячего человека дотронуться до лица другого — жест столь же интимный, как и для всех остальных людей. Вся необходимая информация получается по другим каналам: особое значение имеют запахи, звуки, манера двигаться, общаться…

 Как и многим другим людям с ограниченны­ми возможностями, Марине Рощиной прихо­дится сталкиваться со стереотипным отноше­нием к себе. Незрячих людей воспринимают как беспомощных, высказывают соболезнова­ния, сентиментально-липкое сочувствие… Часто причиной дискомфортных ситуаций ста­новятся не стереотипы, а просто ошибки — люди не знают, как вести себя с незрячими.

 — Часто незрячий человек с точки зрения зрячего смотрит в сторону или взгляд бегает… Поэтому люди обращаются не непосредствен­но к незрячему, а к его сопровождающему. Недавно была в Пенсионном фонде, так там дама за стойкой обратилась не ко мне, а к мужу: «А что, она у вас…» — хотя я стояла рядом. Еще распространенный пример — Зрячий человек предлагает свою помощь, но вместо того чтобы вести за собой, как бы толкает впереди себя. Вместо помощи получаются лишние проблемы. 

 Еженедельник городской жизни «День города» №25 (344) 8-14 апреля.